БИБЛИОТЕКА РУССКОЙ и СОВЕТСКОЙ КЛАССИКИ
версия: 2.0 
Сборник
Футуристы. Бей!.. – но выслушай!... Обложка книги
СПб: Петербургский Глашатай, 1913

Эго-Футуристы: Альманах VI. В издание вошли стихотворения Ивана Игнатьева, Димитрия Крючкова, Вадима Шершеневича, а также «Символическая Симфония» Всеволода Светланова.

Тексты даются в современной орфографии.

СОДЕРЖАНИЕ

Бей!.. – но выслушай!..

Эго-Футуристы: Альманах VI

Футуристы, иллюстрация

И. В. ИГНАТЬЕВ

Иван Игнатьев

Следом за…

…сердце простужено Подождите вы меня узнаете скорей-бы счет Падает Как в лифте ехать или не. Хочу. Отдаться. Доминику; Пишешь пишешь, а денег не платят Скажите, какая птица и нашим и вашим Зажгите электричество – «Всецело Ваш» не думает, мне известно он открещи порода дает себя «Витязь»!!! Виtязь Wi барышня будьте пожалуйста четыреста Шопенгауэр в шагрене сорок четыре двадцать девять Двадцать десять двадцать одиннадцать двадц… Witjaз Bit достаточно? Сдачи не надо…

1911.

Третий Вход

Мой Сын! Сын! мой!

Моего ума Дитя! моисей Колб!

Чужой материнству и плоти!

Футуристы, иллюстрация

Тебя Создал

В Лабиринте Я, за плесенью Время

Футуристы, иллюстрация

О, мой Горящий Взмах!

Готовь к бою

Футуристы, иллюстрация

Таинственные Тайны, Космос!

  Есть они у Тебя?

Футуристы, иллюстрация

Покорись! Он – Ανδφοπος; Ему Твой скиптр!

Ему Исполненье Пределов

Восторг Единый Я!

1912.

*) Сия «Мело-литера-графа» является первым дерзанием в области объединичения Дроби.

Читателю (странно звучит здесь этот термин – Читателю необходимо быть и Зрителем, и Слушателем, и, главное, Интуитом) даны: Слово, Цвет, Мелодия и схема Ритма (Движения), записанная слева.

Лиро-узоры – Всеволода Светланова.

Прочее – И. В. Игнатьева

Непрестанность

Влекут далекие маки…

В ненависть толп

Сеем осенние злаки,

И дерзновенной атаки

Возводим довлющий столп

Для Себя,

Чтобы рушить вожделенно

Неизменный

Миф Бытья.

1913.

Онан

Зовет.

Отзывается.

Ярмит.

Жданное.

Нежеланное –

Радостны –

Твои!

Окаянное –

Покаянное

Ласкает

Преданностью смертей!

В державу паяя

Мозг…

. . . . . . . . . .

Страшнее и

Сладостнее

Пригвозд!..

Маршрут Финала

Конец Конца. Войди в неверие

Иль верь!

Объята сладостной мистериею

Тверть.

И солнце наглое, учуяв вероломство,

Дразнящий спрятало язык.

Его Прапращура (Старик!) –

Принудили к знакомству…

Не знаю, что есть Тлен,

Что Счастье, что Несчастье.

Мой прах отринул Страх и Плен…

Готов поверить дерзко в Власть я.

Уже Очаг Лаборатора

Победной страстностью потух…

. . . . . . . . . .

Но Свет открыт, увы, лишь взору, –

Сгустил, яснея, Мраки Дух…

Я снова в верте верных чудищ

И транс-планетных кораблей

Несусь Вперед Границей Будищ…

К Земле или Ойлэ?!.

Всеволод Светланов

Символическая Симфония

(Опыт стихийной симфонии)

Искусство начинается там, где кончается жизнь.

Рихард Вагнер.

Символическая Симфония есть новый опыт художественного творчества, основанный на мировом законе колебания эфира. Этот закон, порождая собой элемент света, есть не что иное, как «краски», «тоны» воздушных волн. Отсюда является наше эстетическое представление о Гармонии. Мы часто наблюдаем свинцовое небо в бурную грозу с раскатами грома и ослепительной молнией, или лазурное небо в тихий день с шумом леса и пением птиц.

Такая яркая картина подсказывает нам о присутствии в природе элементов гармонических аккордов с красочным колоритом звуком, близких с музыкальными звуками, но математически не систематизированных.

Так как колебание эфира порождает свет и звук, тем составляя неразрывное целое понятие о них как о тонах мировой Гармонии, то предполагаемый опыт Символической Симфонии основывается на этом неразрывном понятии о звуке как свете («краске») и о свете («краске») как звуке, Символическая Симфония стремится соединить в одно целое: звук с краской.

Историческое создание оперы, как сюжета гармонии красок вселенной, ясно указывает на это соединение. В опере мы находим следующие элементы Гармонии: Художество, Скульптуру и Музыку. Великий реформатор оперы Рихард Вагнер, не признававший «разделенных» друг от друга искусств, когда-то сказал: «Отношение между музыкою и жизнью не есть только отношение одного способа выражения к другому, – это вместе с тем отношение мира звуков во всей его совокупности к великому миру образов»[1].

Поэтому автор «Символической Симфонии» всецело основывает свой опыт на Вагнеровском принципе «совокупности образов», желая тем уловть идеалы Музыки Будущего, о которых всегда так грезили все композиторы прошедших эпох[2].

Не задаваясь широкими задачами исканий этих идеалов, автор «Символической Симфонии» пришел к следующим положениям мысли: между гаммой Музыки и Живописи существует давно установленное наукой сходство не только между тонами, но и полутонами включительно до октавы[3].

Нижеследующая таблица точно устанавливает такое сходство гамм[4].

Футуристы, иллюстрация

Таким образом, мы получаем полную, правда, несколько условную, но, так или иначе, новую, богатую в художественном отношении гамму мировой Гармонии всех диапазонов (высоких и низких тонов) при условии расцвечивания всех октав или «светлотой» (вверх от малой октавы), или «темнотой» (вниз от малой октавы).

Зееман и проф. Петрушевский устанавливают такого рода условную гамму с некоторыми незначительными отклонениями, чем в вышеприведенной таблице.

Оригинальность автора «Символической Симфонии» заключается в практическом разрешении вопроса: как и в какой форме можно выполнить Музыку в красках?

Для этой цели автор предполагает приспособить кинематограф в гениальном усовершенствовании Эдисона, который уже разрешил технический вопрос соединения «образов» со звуками грамофонной пластинки. Если к его аппарату приспособить специально изготовленные по моим проектам музыкальные картины, то мы можем насладиться новым даром «Символической Симфонии» – звуками мировой Гармонии в красках. «Символическая Симфония» – даст всем наслаждение не только слышать, но и видеть звуки («ноты») в форме движущихся по горизонтальной линии цветов («растений»), свободно растущих на лоне Природы, сообразно краске тонов гамм Гармонии Вселенной.

Остается открытым вопрос: какое будет иметь значение такая «цветная» музыка для будущего человечества?

Автор «Символической Симфонии» предполагает, что «образная» игра музыкальных звуков будет сильней запечатлеваться в нашем мозгу и что, вследствие этого, тонкость нашего психического чутья к идеям художественного творчества повысится.

Влияние цветных лучей на жизнь животных уже известно науке[5].

Во всяком случае практический опыт «Символической Симфонии» даст скорейшее разрешение вопроса современной психологии о «цветном слухе»[6].

Димитрий Крючков

«Пустыня любит муки…»

Пустыня любит муки,

Миражит нам глаза,

Рисует там фелуки,

Где желть и бирюза.

И мы кричим устало:

«Гляди – вода, вода!» –

Над нами солнце ало,

И небо, как слюда.

Мы жаждем тьмы и ночи,

Кончины злого дня,

И голос слаб пророчий

От полудня огня.

Идем… В истоме муки

Закрыли мы глаза –

И вот нас мчат фелуки,

Где желть и бирюза.

«Ликом милым незаходным…»

Сослужителю и брату

Иннокентию Жукову

с лаской и восторгом.

Ликом милым незаходным,

Серццу сладостно угодным

Днем томительно исходным

Светишь ты.

И доколе лес игольчат,

Змей в изгибах звонко-кольчат,

Будет голос томно-звончат

Для Мечты.

Словно ты – моя Людмила,

Словно гибнет Ночи сила,

Словно сумраки пленила

Мощь кольца.

Я с тобой – два вечно ярых

Чуда в пламенных ударах,

И огню в сердец пожарах

Нет конца.

Я сплетаю, заплетаю,

Словно воск послушный таю,

Верю радостному Раю,

Милый брат.

День томительный недолог,

Скоро снидет темный полог,

Станет ясен вещий Пролог,

Сны кадят.

Ты, как прежде ал, крылатый,

Крыл размах голубоватый,

А в углу глядит Распятый

Светлый лик.

Милый брат, ты так далече,

К ночи радостная встреча,

Сумрак – благостный предтеча

Уж поник.

Матово

Она меня любила матово,

Как волны – тихое весло,

Как точно смотрите на скаты Вы

Сквозь потускневшее стекло.

Она меня любила бешено,

Любила бешено остро,

И было алое привешено

К берету черному перо.

И дни казались укорочены,

Как в сенокос – лугов трава,

И были мехом оторочены

Ее хитона рукава.

Она меня любила бешено,

Любила бешено и зло –

И было в спальне занавешено

С утра и до утра стекло.

В солнечный день

Быть крылатым,

В воздух взятым,

В высь подъятым!

Улетел!

Солнца звонкий самострел

Мечет тучи рдяных стрел.

Там смеются хутора

В светлых радостях утра –

О, игра! –

Зыбь искрящихся пучин,

Лента пыльная путин,

Сада легкий кринолин.

Боже, светлый, добрый Боже!

Сердцу радости дороже

Солнца вечного игра,

Лет сверкучего пера!

И над змейностию рек,

Над убожеством калек

Улетаю

К свету рая!

В неба сводчатый напев;

В хоровод блаженных дев.

«Не будь, как Марфа, суетлив…»

Не будь, как Марфа, суетлив,

Будь, как Мария, веще-чуток,

Мир так таинственен и жуток.

Как над водой – склоненье ив.

Будь вечно радостно-крылат,

Великодушен, юн и добр,

Пусть зевы гибельные кобр

Ужалы темные таят.

Уже к концу склонился день,

Тускнеет яркое светило,

И ярость света поглотила

Несыто-жаждущая тень.

Зажглись вечерние огни…

Для сердца ночи нет – нетленно

Оно горит и бьется пленно

И рвется с криком: «Раввуни!»

Вадим Шершеневич

Дама в сером

Вы сегодня строги и угрюмы…

Сожаление, будто корсет,

Сжало Ваши грустящие думы

В золотой, драгоценный сонет.

На веранде, как дэнди, в печали

(Далеко прозвучала свирель)…

Вы прозрачною, томною стали

И игрушечной, как акварель.

Вы грустите с своим кавалером,

Вспоминая пылавшие сны.

Отчего Вы, о Строгая, в сером?

Отчего Вы сегодня бледны?

Ах, я знаю: тоска не окрепла,

Я целую глаза и ладонь.

Это платье – лишь кружево пепла.

И под ним, как и раньше, огонь.

Золотая свадьба

«Пятьдесят лебедей пронесли

С юга вешние крики в полесья».

Фет.

Сквозь снега запевают птицы,

Как поэты во мраке гробниц.

Промелькнули года, как страницы,

Пятьдесят шуршащих страниц.

Ах, последняя птица! Немножко

Подождите – Ваш путь нелеп.

Тяжела, тяжела обложка,

С серебром чернеющий креп.

Дама Бледная, Строгая, помните

Мы открыли в зеленой комнате

Эту книгу грядущих химер

И читали a livre ouvert.

Промелькнули года, как страницы.

Дама Строгая! Воздух чист…

Как сквозь веер, Вы сквозь ресницы

Еще помните первый лист,

Где написано чье-то имя,

Нарисован Амура лук?..

Над листами, листами сквозными

Оплыли выгибы рук.

Поэма для пародий

«А!»

Бодлэр.

Надушите сердце запахом фиалки

И влюбляйтесь.

Москва.

Примечания

(1) Ницше Ф. Несвоевременные размышления о пользе и вреде истории для жизни. М. 1905 г., стр. 53.

(2) Упоминать здесь о искании идеалов композиторов современной эпохи автор считает излишним. – В. С.

(3) Так как свет пробегает в мировом пространстве 300,000 в. в секунду, а звук только 158 сат. В секунду, то быстрота колебания света превосходит всякое воображение. Поэтому, если взять колебание самого низкого цвета (красного) в 400 билионов, и то это будет отношение 2 к 3, а не 1 к 2, как в октаве, чтобы была октава, к красному был бы необходим луч, имеющий 800 билионов колебаний. Отношение же 2 к 3 есть в музыке отношение квинты, а не октавы. См. кн. Оболенского Л. Б. Научные основы красоты и искусства. СПб. 1902 г. Изд. П. П. Гершунина и Ко, стр. LX–LXXVI.

(4) См. кн. Литольда М. Руководство к изучению теории музыки. СПб.

(5) См. кн. Лесгафта П. Семейное воспитание ребенка и его значение. Ч. II. Основные проявления ребенка. Стр. 153. Также кн. Горбацевича Э. О влиянии различных цветных лучей на развитие и рост млекопитающих. СПб. 1883.

(6) См. кн. Бинэ А. Вопрос о цветном слухе. М. 1894. Тип. Кушнерева.

сноска