📚   БИБЛИОТЕКА РУССКОЙ и СОВЕТСКОЙ КЛАССИКИ   📚

здесь можно бесплатно скачать книги в удобном формате для чтения в оффлайне и на мобильных устройствах

Алексей Елисеевич Крученых

Хулиганы в деревне

Алексей Елисеевич Крученых. Хулиганы в деревне. Обложка книги

Москва-Ленинград, Гослитиздат, 1927

Пьеса в двух действиях. Действующие лица:

Василий – красноармеец-отпускник, вполне сознательный крестьянин.

Сашка – (брат Василия) – глава хулиганов; Еремка, Никитка – хулиганы.

Марфа – дочь кулака, из личных интересов подстрекающая парней на хулиганство.

Петька – парнишка-комсомолец, 16 лет, сознательный общественный активист и в то же время веселый затейник.

 

Алексей Елисеевич Крученых

Хулиганы в деревне

Хулиганы в деревне

Пьеса в 2-х действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Василий – красноармеец-отпускник, вполне сознательный крестьянин.

Сашка – (брат Василия) – глава хулиганов.

Еремка, Никитка – хулиганы.

Марфа – дочь кулака, из личных интересов подстрекающая парней на хулиганство.

Петька – парнишка-комсомолец, 16 лет, сознательный общественный активист и в то же время веселый затейник.

Смирнов – землемер.

Парни и девки на гулянке, поющие песни за сценой.

Место действия – пустырь за деревней. Задняя декорация заменяется куском дерюги с нашитым на нее хворостом, якобы наваленным в кучу. Перед кучей, подпирая ее, 2–3 елки. С боков также елки, середина сцены пуста и пол забросан ветками, хвоей и елкой. Если пьеса ставится осенью или летом – сухими листьями.

На передней сцене – сухой пень или ствол поваленного дерева – в общем – как бы естественная площадка в еловом перелеске, около опушки.

Во втором действии лампочки (если есть электричество), или керосиновые лампы, обернуты частью синей, частью желтой и красной бумагой. После I явления желтые лампочки гаснут, после II – остаются только синие.

Действие I

Явление I

За сценой девушки поют песни.

Марфа и Сашка вбегают, Марфа увертывается, Сашка ее ловит.

Марфа. Да отвяжись ты, вот пристал, шалыган несчастный.

Сашка. Уж очень, вы, Марфа Степановна, замечательная барышня, прямо сказать – царица.

Марфа. И все вы зря. Ноньче цариц-то не больно почитают, и выходят ваши слова – одна насмешка.

Сашка. Ничего даже преподобного. Как есть от чистого сердца и безо всякой фальши.

Марфа (лукаво). По вашему выходит – уважаете вы, стало быть, цариц?..

Сашка. А по мне что. Ежели, скажем, она с вами схожа – согласен уважать. С моим удовольствием!

Марфа (мечтательно). Царицы-то, бают, раскрасавицы все были… ан не уважили их… у тятеньки есть картинки: царь с царицей и дочки… одна другой лучше. Очень тятя эту картинку бережет. Даже мне не показывает. Я тишком подсмотрела.

Сашка. Вага тятенька – известно, человек старого режиму и даже, извините, – вредитель. Но как есть у него распрекрасная дочка, то мне на его кулацкую бессознательность совсем даже наплевать.

Марфа. А вот братец ваш ужасно как тятеньку притесняет. Чуть что – прямо обидные вещи говорит. Намедни так на собрании и сказал: кровосос и мироед Степан Егоров… А каково это тятеньке принимать?

Сашка, Да вы не расстраивайтесь. Васька – он, известно, в красной – блажи набрался. Грамотеем стал – не подходи. А все зря. Заместо того, чтоб деньгу зашибать – деревню, вишь ты, организует.

Марфа. Самое это лишнее дело. Тятенька очень на него обижается.

Сашка (обнимая Марфу). Да плюньте вы на Ваську, что право… За то я очень даже вас уважаю…

Марфа (прижимаясь). И тятеньку уважаете?..

Сашка (целует ее). А по мне хоть и тятеньку. Мне один чорт!

Марфа (вырываясь). И все это вы врете! Небось помогнуть тятеньке не возьметесь?

Сашка. Я? Я, может, коли захочу, самому чорту помогу, особливо ежели кому скулы своротить – завсегда с нашим удовольствием! (Приосанивается.)

Марфа (лукаво). Иуда?.. Супротив Васьки, небось, не пойдете…

Сашка (плюет). Эка мне невидаль, Васька! Да я, ежели вам угодно, вдрызг его разнесу…

Марфа (испуганно). Нет… Нет… не то. Этого тятеньке сейчас не требовается, а вот… (Замолкает.)

Сашка (опять обнимает ее). Что же… аль сказать боишься?..

Марфа. (таинственно). Наслышан тятенька, будто Василий с обществом передел по-новому ладит… Чтобы, знать, у тятеньки пустошь отобрать…

Сашка. А… это насчет землеустройства… слыхал я, ребята говорили.

Марфа (обиженно). Тятеньке это даже очень обидно, потому как пустошь эта спокон веку наша была…

Сашка. А Васька, действительно, Степану Егорычу норовит хвост прижать.

Марфа (досадливо). Вот вы как! Тятеньке неприятности, а вы рады. (Отходит от него.) Видать, вы за брата.

Сашка (злобно). Да пусть он пропадет пропадом, у брат! брат… Самому мне от него одна обида! Начнет стыдить: шалыган да озорник… ни тебе подраться… ни тебе пошуметь… чистый милиционер, братец-то мой…

Марфа (снова подходит). Не люб он вам, стало?

Сашка. Сдох бы, не пожалел…

Марфа (безразлично). Говорят, он ноне на собрании против пьянки говорил… Будто драк много…

Сашка. Дождется он у меня бою!..

Марфа. Ну да, его только троньте – беда вам будет! У него в городе рука… землемера, слышь, выписывает, для переделу…

Сашка. А захочу, так и землемеру с братцем вместе наложу в загривок…

Марфа (обрадованно). Ну-у? Неправда!..

Сашка (гордо). Да ежели я, скажем, Никитке да Еремке только свистну – в лучшем виде намнут бока…

Марфа (осторожно). Вот если бы не допустить до села землемера, то-есть. Тятенька говорил, успеет он тогда народ на свою сторону оттянуть… (Ласково.) Уж я бы тогда…

Сашка (подумав). Что ж! Дело простое! Коли ты ко мне будешь согласная… Мне что… мигом организую ребят…

Марфа (кладет ему руки па плечи. Умильно). Да ежели ты тятеньке помогнешь – вот те крест – любить буду.

Сашка. А когда землемер-то прибудет?

Марфа. Да к вечеру сегодня… С машины…

Сашка (размышляя). С машины… Тут, стало быть, проходить будет. (Решительно.) По рукам! Придешь вечером?

Марфа. Ой, приду… да как поцелую-то…

Сашка. Ах ты, моя королевна! (Хочет ее обнять.)

Марфа. Вечером!.. успеешь!.. (Убегает.)

Явление II

За сценой снова поет хор девушек, запевает Марфа.

Мне миленок обещает

Месяц с неба своротить,

Коли слово он сполняет

Буду я его любить.

Сашка. Ух и утешим же Ваську… Будет с городскими возжаться… (Свистит едва пальца.)

Явление III

Петька, комсомолец, пробегает по пустырю. Сашка подставляет ему ножку, Петька падает.

Сашка. Держись за земь! (Хохочет.)

Петька (вставая). Чего ты безобразишь? Трогал я тебя?

Сашка (диет ему тумака). Ах ты, мразь! Еще разговариваешь!.. Да я тебя!

Петька (отбегая) Хулиган этакий!

Сашка (разъяряясь) Что? Хулиган? Я те покажу хулигана! (Гонится за Петькой, тот увертывается и бежит за елки. Сашка рычит.) Да я тебя… вдребезгу!..

Явление IV

Василий (выходит из за елок, куда убежал Петька). Ну чего ты на ребят кидаешься?.. Стыдобушка! С мальцами воюешь!

Сашка (останавливаясь, кривляется). Ах, братцу почтенье… Товарищу бесштанному…

Василий. Эх, Сашка… испохабился ты… глядеть противно.

Сашка (издеваясь). А противно – не гляди, ясны глазки отведи… А не то засвечу в едало…

Василий. Здоровый парнище, а только и делов, что дебоширничать…

Сашка. Что уж, мне уж… Вы поработайте, а мы погуляем… Наше дело свободное, время немерянное…

Василий. Кулакам такие, как ты, на-руку… Что хошь с вами свертят…

Сашка (грозно). Нет тебе делов до моей компании!.. Что хочу, то и ворочу!..

Василий. Ох, пропадешь ты, парень… себя загубишь… (Уходит.)

Сашка. Кто еще кого загубит-то – отселева не видно! (Свистит опять.)

Явление V

Еремка лениво, в развалку, входит, за ним Никитка.

Еремка. Никак звал?

Сашка (злобно). Где вас чертей носит?.. Свистел, свистел, аж надсадился… А они – хоть бы-что, и ухом не ведут…

Никитка (вытаскивает кисет, сворачивает цигарку). Не помрешь, обождешь… Делом заняты были.

Сашка. Каки таки дела?

Еремка (разваливается на пне). А оченно даже серьезные… В березу плевали, – кто выше плюнет.

Сашка (хохочет). Ай, утешит!.. ну и што?

Никитка (закуривая). А и ничего. Я первый приз взял: Еремку ка цельную четверть переплюнул! Смехота!.

Сашка (серьезно). Ну, ладно. Поплевали, а теперь сурьезный разговор будет. Надо нам седни землемера взлупить.

Еремка (хладнокровно). Можно!

Никитка. Инь, делов-то!.. И не таких бивали!.. Что нам землемер, што нам два – была бы охота!

Сашка, Мне Марфуха обещалась любовь крутить, коли ежели я землемера до села не допущу.

Никитка. А для чего его допущать? Не надобен он!..

Еремка. На кой ляд несет-то его?

Сашка. Да все Васька ершится… С землей все…

Никитка. Да что ему земля наша сдалась? Деды да отцы предовольны были, а нам не след суматошиться.

Сашка. А я что говорю? Не допускать землемера – и крышка!

Явление VI

Голова Петьки показывается вверху, между сучьями валежника, и сейчас же скрывается.

Явление VII

Сашка. Так стало быть, как стемнеет, я пойду землемеру навстречу… Будто Василий меня послал, и заведу его сюда… А сам поотстану… А вы мешок заготовьте, да ему прямиком на голову. Как я свистну…

Никитка. А потом, как по положению, накладем по загривку.

Сашка. Да крепче бейте, чтобы не сразу очухался…

Еремка. Учи ученых!.. Коли уважим – до Рождества не встанет…

Никитка. Главное, под вздох… под вздох… чтоб дух отшибло и не признал нас потом.

Сашка. Да смотрите, не провороньте!.. Сразу же мешком накрывайте…

Никитка. А чего лучше – бечевочку промеж елок протянуть – ка-ак он чебурахнется – наш будет!

Сашка. Можно и веревочку. (Показывает место.) Вот промеж этих елок…

Никитка (швыряет цыгарку). Будет сполнено. В лучшем виде.

Еремка. А до вечера мы и еще штуку удерем… у Степана Егорова на дворе козел привязан, так мы его…

Сашка (грозно). Не сметь! Степан Егорова не занижать… как он может моим тестем будет…

Никитка. Ишь куда, парень, метишь!.. Смотри, не сорвись!

Сашка (гордо). Уж я-то не сорвусь!.. Не таковский! Стало быть землемеру крышку сделаем… (За сценой опять приближается хор девушек.)

Еремка. Ладно. Уважим… (Лениво встает.) Пойти девок, что ли, пугнуть распелись больно…

Никитка (внезапно с воем и хохотом устремляется за сцену). Ату их! Лови! Хватай! Налетай! (Девки визжат, Сашка и Еремка с криком бегут за Никиткой.)

Сашка (за сценой). Держи их! За подол! За подол!

Еремка. Ах, чертивки! Залепи-ка, Сашка, ей как следовает…

Крики удаляются.

Явление VIII

Петька высовывается из валежника в задней декорации, потом раздвигает его руками и спрыгивает на пол.

Петька. Ишь чего удумали. Шалыганы паршивые! Того не понимают, что землемер для них же из городу едет. Большие, а глупые, хуже нас, ребят. Небось за Степан Егорова-то неспроста Сашка заступается, не иначе – кулаковские все эти штуки. (Бежит к елкам, куда скрылись парни, прислушивается. Солидно.) Хорошо, что я их разговор-то подслушал, теперь надо Василия упередить… (Убегает.)

Явление IX

Марфа, крадучись, выходит из-за елок с противоположной стороны, оглядывается, подходит к коряге, садится.

Марфа. Тятенька наказал – беспременно Василия на нашу сторону перевесть. А как к нему приступиться, коли он этак нахально никакого даже внимания на меня?.. Сашку-то, дурня, небось, единым духом уломала, а этот чорт сознательный, с ним беда!.. А все же спробую. (Оправляет платье.) Я ли девка не-гожа? Красивше меня на все село нету!.. (Нащупывает себе щеки.) И румяна и черноброва… Должен же он и то в расчет принять, что тятенька не кто-нибудь… Богатство по селу – у нас первое!.. (Встает, прислушивается.) Никак идет! Я задами пробегла, чтоб его здесь упередить… Идет – и есть!.. (Садится снова и делает вид, будто что-то внимательно разглядывает под елкой.)

Явление X

Василий и Петька входят. Марфа не оборачивается.

Василий. Ну, спасибо тебе, что упередил… Молодец ты, одно слово – комсомолец!

Петька (гордо поднимая руку) – Есть! (Замечает Марфу. Дергает Василья за рукав и указывает ему на нее глазами.)

Василий (усмехаясь). Ну, беги, Петюха!.. Я сейчас – подойду к совету. Жди меня там…

Петька. Ладно, ты смотри… (Указывает пальцем на Марфу и, убегая, кричит.) Не заболтайся!

Василий (смеясь). Не бойсь, не заговорюсь. (Быстро идет через сцену.)

Марфа (вскрикивает). Ах! (Вскакивает на пень и кричит, хватая Василья за рукав.) Змея!.. змея!..

Василий (удивленно). Какая змея? (Смотрит, куда Марфа указывает, но, понятно, ничего не видит.)

Марфа (не отпуская Василия). Ой, змея!., так и сиганула под ель… Беспременно гадюка! Убить бы ее надо, а то народ попортит…

Василий (насмешливо, освобождая рукав). Бредишь, девушка, никаких гадюк в нашем краю не бывает. Небось уж!.. А они, ужи, очень даже пользительны, мышей лопают… Заместо кошки держать их можно…

Марфа (досадливо). Уж ты скажешь! Такого гада, да заместо кошки… Погань-то этакую!..

Василий. Никакой погани в уже нет… Погань только в людях бывает… которые гады – контры, да людям вредители… Уж-то, он нешто обобрал кого, или обидел?..

Марфа (обиженно). Вот завсегда ты, Василий, так, все наровишь попрекнуть… Я знаю, на кого метишь… Тятеньку гадом-то величаешь…

Василий. А знаешь, так тем и лучше… Не таю я своих мыслей… Тятенька-то твой, Степан. Егоров, как есть всему селу гад и кровосос… Повернуть все к старому наровит, чтоб как при царе, жилы из народу тянуть. Лучшую землю захапал… Сократила его советская власть, а он все топырится.

Марфа (злобно). Да уж ваша советская власть!.. Со свету сжить нас хотите, он, тятенька-то, не больно вас боялся, безбожников!.. небось, опять на селе нет его справней.

Василий. Ну да, потому что глуп еще наш брат… Сам в кабалу лезет. Я знаю, Степан Егоров общество в запрошлом году обвел с переделом, ну да, нынче шалишь, не позволим…

Марфа (горячо). Кто не позволит, а кто… (Спохватывается, ласково.) Уж зря это ты тятеньку обижаешь!.. Никого он не неволит. Сам мир постановил, чтоб сдать ему пустошь, потому все одно не пашут ее…

Василий. Пахать зачем же?.. С нее сена одного до семисот пудов снимает тятенька-то твой, а село с покосами мается…

Марфа (запальчиво). Уж и семьсот! Шестиста не натянет, А денег-то сколько тятенька в тую пустошь вогнал… пахал да бороновал, да семена… Тут ты это сочти… В убыток она стала нам, пустошь-то…

Василий. А раз в убыток, чего же вы за нее держитесь? Мы вас ослобоним от убытку… Пойдет пустошь на общество…

Марфа. Ишь, ты, лакомый… Когда тятенька пустошь-то брал, она как есть вся скотом потоптанная была, смотреть на нее тошно было, а теперь, как тятенька вздобрил на ней клевера, так она и вам понадобилась. Ты рассуди: по-божески, это, аль нет?

Василий (усмехаясь). А как ее Степан Егоров получил-то? Споил сход, да прижал долгами… А что до денег, они ему втрое воротились, как он по бескормице сено-то по рублику за пуд продавал бедноте… Семена-то ему много, много в полтораста вошли, а взял он и все семьсот рублей.

Марфа. А пахоту-то забыл ты… На пахоту, да на бороньбу вособь клади… Ее вспахать-то, думаешь, сладко было?..

Василий. Знамо, не сладко. Погнули-таки мужички спину за тятеньки твоего милости… последних лошадей поморили, как за долги поднимали твоему тятеньку пустошь… Да только – баста! Прошли его деньки. Завтра землемер подсчитает, как так пять десятин за три ходят, и опять же кончилась Степанова аренда, а новой ему, шалишь не дадим!..

Марфа. Да нешто тятенька супротив мира шел? Сами навязали ему пустошь-то… не хотел он ее брать… А теперь обидно ему, работал – и отнимают. (Ласково.) И чего ты так на нас осерчал, нешто мы до тебя неласковые? Намедни тятенька звал на именины – не пошел ты, почему? (Лукаво.) А я тебя ждала, поджидала.

Василий (сурово). Не вожу я с кулаками кампании.

Марфа (еще ласковее). Мной-то почто гнушаешься, на гулянке словечка не скажешь, ай я такая неладная?

Василий (мрачно). Не… не скажу зря… Из себя ты чистая краля, да только не нашего роду-племени… Кулацкая дочь… (Хочет уйти.)

Марфа (загораживая ему, словно невзначай, дорогу.) Очень мне слова твои обидны… Нет, видно, сама я нехороша, что и глянуть на меня не охота тебе?

Василий (нехотя). Да нет же… Говорю тебе я, ладная ты… Да некогда мне с тобой растобаривать, дело ждет.

Марфа (словно не слыша). Словно я карга какая, воротишься от меня… (Становится прямо против него, улыбаясь.)

Василий. Да пусти же ты меня… Говорю – дело есть.

(Вдали опять поют девушки.)

Марфа. Все дела, да дела. Нынче гулянка, какие дела. Слышь – девка поют, пойдем играть с ними. (Тянет его за рукав.) Слышь, про любовь поют… Так жалостно, аж слеза прошибает. Про несчастную девицу, что милый покинул. (Поет припев девичьего хора.) Ах, разлюбил меня мой милый. (Закрывает лицо платком.) Не смотрит больше на меня…

Василий (удивленно). Да ты что?.. с чего ты?

Марфа (делает вид, что плачет). Нет, видно погибать мне, бедной, не люба я тебе…

Василий (еще более удивленно). Да я-то нешто люб тебе?

Марфа (ластясь к нему). Ой, как и люб-то!.. Все бы на тебя глядела.

Василий. Да ты что, в насмешку, что ли?

Марфа (обнимая его). Светик мой, какая уж тут насмешка. Из сердца я…

Явление XI

Петька вбегает, видя, как Марфа обнимает Василия, останавливается в недоумении.

Петька. Вот-те на! Василий и Марфа! Вот оказия! (Соображает.) Как же так?., он беднячок, а она грабительской породы… обойдет она его. (Подбегает сзади к Василию, тянет его за рубаху.) Василь… а Василь!.. Чего не идешь-то? Мы ждем, ждем тебя, да и все жданки потеряли…

Василий (резко оборачивается, отталкивая Марфу). Иду, иду, заговорила она тут меня.

Марфа (злобно на Петьку). Чего ты лезешь?.. Парша комсомольская!

Василий (обнимая Петьку). Стой! Не смей его ругать! Он аккурат ко времени подоспел, замутили было меня твоя бабьи хитрости… (К Петьке.) Пойдем, друг!.. Дело делать идем!.. (Уходят)

Явление XII

Марфа (яростно). Ах, паскуденыш!.. Все дело изгадил! Не прибеги он – обвертела бы я Ваську вокруг подола.. – Ну, погоди, попадешься мне, щенок поганый!..

Явление XIII

Сашка, Еремка и Никитка входят, запыхавшись.

Сашка. А, Марфа Степановна… Опять на дороге встретились… (Подходя к Марфе и пытаясь обнять ее.) Краля моя неписанная!

Марфа (злобно). Да, как про кралей рассусоливать – ты годишься, а на деле чтоб…

Сашка. Будьте в удовольствии. Что сказано – сделано! Не проскочит землемеришко мимо наших рук.

Марфа (не слушая). Мальчонку, поганца, сократить не можете, какой уж там землемер.

Сашка. Какого мальчонку?

Марфа (грозя кулаком в сторону ушедших Петьки и Василия), Да Петьку комсомольца – поганца!.. Шишига паскудная!., чтоб его чирей задавил!..

Сашка (хохочет). Ай да Марфуша! Как кроет!.. Вот это девка – одно удовольствие. Чем же вам Петька не потрафил? Да я его, поганца, узлом завяжу и в болото закину, для вашего распрекрасного удовольствия.

Марфа (все еще взволнованно). Хоть бы излупцовал его кто, спасибочки сказала бы.

Сашка. Да нешто нам трудно? Эй! Никитка, сгреби мне мальца, да доставь сюда единым духом.

Никитка. С нашим удовольствием. Я его сейчас. (Уходит.)

Сашка. Исполню ваш каприз, да только не глядите так неласково. (Хочет обнять.)

Марфа (досадливо отворачиваясь). Недосуг мне… (Бежит.)

Сашка (кричит) ей вслед. Ввечеру-то приходи, как посулила…

Марфа (убегая). Приду ужо, жди, как затемнеет. (Убегает.)

Явление XIV

Сашка. Так, стало быть, по уговору. Как он подойдет к тем елкам, я свистну и ты уж не зевай: крой с бацу мешком и дуй в загривок.

Еремка. Учи ученых. Не впервой нам бока-то ломать.

Сашка. Да смотри, не жди, как он сюда зайдет. А бери на темном месте, чтобы не видал он вас.

Еремка. Как заторгнется за бечевку, тут мы его и уложим…

Сашка. И чевой-то Никитка запропал. Ай сам мальца учит? Пойти посмотреть. (Уходит.)

Явление XV

Еремка вытаскивает из кармана полбутылку самогону и, запрокинув голову, пьет. Потом крякает и склевывает. Кладет полбутылку в карман и, пошатываясь, идет за Сашкой бормоча.

Еремка. В лучшем виде! Как только до бечевки доскочит – мы его… Небось! Не разглядит… Чорта ли разглядишь в такой теми… А мы уж, в лучшем виде. (Уходит.)

Действие II

Явление I

На сцене закат. Лампы завернуть желтой и красной бумагой. Никита и Еремка, за ними Сашка с бечевкой, которой он хлопает по елкам.

Никитка. Тут, что ли, ладить?

Сашка (передавая ему бечевку). Вот промеж тех елок да ниже вяжи, чтоб ногами запнулся… На тропке на самой, что со станции…

Еремка (лезет за елки). Ладно! Заделал! В лучшем виде чебурахнется…

Сашка. Машина-то округ десяти часов пробежит, аккурат он к пол-одиннадцатого сюда припожалует.

Еремка. Ты на станцию-то не ходи, а попадись по пути, будто невзначай…

Никитка. Как подведешь его, свистни, мы знать будем и мешок заготовим…

Сашка. Я подале свистеть-то буду, чтоб не заприметил он, кто и что… А теперь гайда отсюдова… Не видали чтоб вас…

Никитка. А ты чего не идешь?..

Сашка (важно). Дело у меня тут еще одно. Свиданье.

Еремка. Смотри, за делами землемера-то не проворонь. Зацелуешься – позабудешь…

Сашка (гордо). Не… любовь – любовью, а штуку сделать – для меня слаще всего. Ух, и наломаем же бока городскому, будет знать, как соваться…

Никитка. Ну, любовь да совет… Степанов зятюшка… (Уходят.)

Явление II

Сашка один садится на пень. Темнеет. Гаснет часть лампочек, остаются только обернутые синим.

Сашка. Ну чего же не идет-то? Сулилась к вечеру, ан уж и темнеет… Ладно же будет, как я Марфу закручу… Апосля оно, конечно, можно и жениться… С чего не жениться, как не поскупится тестюшка-то… Уж и закачу же тогда гулянку. Всему селу окна перебью, знай наших!..

Явление III

Марфа входит озираясь.

Марфа. Саш, ты?

Сашка (вскакивает, идет навстречу). Я самый… Ах ты моя люба!

Марфа (кутаясь в платой, пугливо). Ух! Темнота! (Подходит ближе, садится на пень) Ну вот, пришла. Ты-то свое дело исполнишь?

Сашка. Уж будьте покойны. Все организовал. Не дойдет землемер до села, туточки и останется…

Марфа (испуганно). Да ты до смерти-то не бей, а то суд да дело…

Сашка. Зачем до смерти?.. Мы его легонько… Только чтоб полежал недельки две, мы умеючи… На том стоим… Ну, коли ребро, другое не досчитаются… с тем и отпустим…

Марфа. Ну ладно. (Вспоминая.) А ты не словил Петьку-то?

Сашка (досадливо). Посылал я парней, да он все коло Васьки трется… не отступает от него, ровно хвост таскается.

Марфа (злобно). Васька да Петька самые постылые мне… Что твой братец, что щенок этот, – обоих бы на одной осине удавила!

Сашка (смеясь). Ишь ты, какая сердитая! (Обнимает ее.) Ну погодь, когда с землемером прикончу, доберусь и до них… Будь спокойна.

Марфа (отводя его руки). Да ты не цапай меня. Сперва докажи любовь-то свою…

Сашка (обидчиво). Чего ж тебе боле – просила землемера отлупить – исполняю я твой приказ – хошь Ваську измордовать, будет сделано, дай срок…

Марфа (злобно). Чтоб не смел он меня да тятеньку кулаками обзывать, да народ супротив нас мутить… к нему добром, а он нос воротит… кулацкая дочь…

Сашка (подозрительно). А когда это вы, Марфа Степановна, с Васькой разговор вели… Не слыхал я чтой-то?

Марфа (спохватываясь). Какой разговор? Так это я… к слову… нешто не слыхал ты, как он тятеньку-то величает кулаком – вот и выхожу я, стало быть, кулацкая дочь…

Сашка (грозно). Выхожу не выхожу, а только ты коли с Васькой шуры-муры заведешь – не обрадуешься… Такое сотворю…

Марфа (ласково). Да что ты, Сашенька? Да нешто я… Да на кой он мне ляд сдался, коммуния разнесчастная… пойдем-ка лучше к нам, там папеньке самогону привезли, угощу для куражу.

Сашка. Ох, и умная же ты баба – первый сорт! Знаешь, чего душа требует! (Уходят.)

Явление IV

Василий и Петька показываются из-за бурьяна… Петька просовывает голову, смотрит. У Василия в руках фонарь.

Петька. Ушли. Слыхал, как она его умазывает? Вот и тебя так же…

Василий (искренно). Молодчага ты, Петюха, что прибежал тогда. Бабий язык, что веретено… Кого хоть закрутит… А какой ласковой прикидывалась… «люб мне»… прямо до слез врала лукавица.

Петька (солидно). Они, бабы, завсегда так… Вот как я буду жениться, так только на нашей, на комсомолке! Те врать отученные.

Василий (хохочет). Ишь ты, чего надумал.

Петька (солидно и немного обиженно). Ты не смейся. Мы очень даже девчонок пробираем, которая ежели врать зачнет. У нас на это – строго. Должна быть верная и чтоб безо всяких этих лентов… потому они, ленты – бабий пустяк!

Василий (хохочет). Ай, уморил ты меня, Петюха… Неужто уж и нарядиться нельзя?..

Петька (смягчаясь). Ну, если немножко только… Для праздника какого советского… Галстук там новый… платок… А так, зря – нельзя… Потому мы – за новый быт… И пудриться тоже нельзя… Да и какая в этом красота? Глядишь, на гулянках девки рожи наваксят – будто покойницы!..

Василий. Ну, и ребята пошли, обо всем понимают.

Петька (смущенно). Ладно. Вот мы лучше о деле давай поговорим. Посмотреть надобно, где они веревки-то накрутили. (Ныряет под елки.)

Василий (наклоняет фонарь, освещая Петьку). На тропке гляди.

Петька (торжествующе). Вот она! (Отвязывает бечевку.)

Василий. Ладно. Ну, я пойду на станцию за землемером и проведу его другой дорогой мимо лесу… Там дальше маленько, да за то безопасно… А ты смотри, не задумали бы еще что бездельники-то… На тебя полагаюсь…

Петька (гордо поднимая руку). Есть!

Явление V

Сашка, полупьяный, выходит. За ним Еремка и Никитка.

Сашка (заплетающимся языком). Стоп! Вы здесь ждите… А я пойду навстречу… И как только свистну, бей его в шею, голову…

Никитка. Есть, атаман!..

Еремка (потрясая мешком). Вот он, мешок-то! Из-под угля, чтоб глаза ему враз запорошить…

Сашка (уходит, старательно обходя елки, где должна быть веревка). Ну, прощайте пока, да не галдите… (Скрывается между елок.)

Никитка. Скушно ждать-то. (Садится па пень, спиной к бурьяну.)

Еремка. (вытаскивает полбутылку и встряхивает ее). У меня для забавы запасено. (Льет сам и передает Никитке)

Никитка. Молодец ты у меня, браток, одно слово – парень – кампания… (Льет.)

Еремка. А без этого разве можно? Околеешь ждавши. (Льет еще.) А уж и хороша штучка… Чистый огонь. (Садится па земь, лицом к сцене.) Сказки, што ли, рассказывать… Пока Сашка землемера-то поводит.

Никитка (пьяным голосом). Жил да был хулиган-молодец… Всем морды бил, всем ребра крушил… И захотелось ему раз устроить всему миру удивленье…

Еремка (лениво). Не иначе, с царем что…

Никитка (досадливо). Не… не перебивай… Он теперь жил, без царей… При советском времени… Жил да был, да и порешил: пойду-ка я в самое Москву…

Явление VI

Петька осторожно высовывается из-за елок, смотрит и ползет через сцену сзади парней.

Никитка. …в самое, стало быть, Москву, где значит самая-то коммуния ихняя живет и все такое….

Еремка. Ну да!.. Нашего брата там живо сгребут. Небось повсеместно милиционеров насажено.

Никитка (досадливо). А плевал он на милиционеров. Никого он не боялся, хулиган-то…

(Петька вытаскивает из кармана бечевку и уползает за елки в ту сторону, куда скрылся Сашка.)

Еремка. Больно он у тебя храбрый… Небось, как милиционеры-то набегут – спужаешься.

Никитка. Не таковский он! Он, брат, хват!.. А для милиционеров у его ножик запасен… Сунься только – всех порежет!..

Еремка. А его судом!

Никитка. А что ему суд-то?.. Дадут условную, али там, скажем, три месяца отсидки, а он посидит, да еще лише!..

За сценой слышны торопливые шаги, потом стук от падения и тотчас же свист.

Еремка (вскакивая). Давай! (Кидается с мешком за щепу.)

Никитка (орет). Бей его! (Бежит за Еремкой.)

За сценой шум драки. Выволакивают отбивающегося человека с мешком на голове.

Никитка. Дуй его до горы! (Валит человека и садится на него.) Еремка (бьет лежащею). Вливай ему в загривок!

Явление VII

Василий с фонарем, за ним землемер вбегают и хватают хулиганов.

Василий (оттаскивал Еремку). Что ты делаешь?

Землемер (оттаскивая Никитку). Ах вы, чортовы куклы!.. Отпустите сейчас же!..

Еремка и Никитка барахтаются в руках Василия и землемера и орут.

Еремка (пытаясь вырваться, падает). Убью!.. пусти!

Никитка (слезливо). Довольно далее обидно так хвататься…

Человек в мешке с трудом встает, сбрасывает мешок. Василий освещает его фонарем – это Сашка, весь перемазанный углем.)

Сашка (мрачно). Вы что же это?.. Своего?.. (Утирает лицо рукой и еще сильнее размазывает уголь.)

Василий (не выдерживает и хохочет). Ай братишка!.. Ну, и расписали тебя!

Никитка и Еремка в недоумении отступают с криком.

Еремка. Сашка, ты?

Никитка. А мы-то думали…

Василий (Сашке укоризненно). Что, брат, другому готовили, а тебе досталось? (Серьезно.) Мне ведомо, кого вы бить-то собирались, ан на своего угодили…

Сашка (плюется). А после этого – не товарищи вы мне! Кабы брат не освободил – убили бы вы меня! (Потирает бока.) И так всю спину отбили. (Плюет.) Сволочи вы, а не кампания. Вороны полоротые…

Никитка (одурело). Да ведь ты свистел!..

Еремка (мрачно). Нешто тут в темп разглядишь…

Василий (весело). Что же ты, брат, сам западню изготовил, да сам и влез в нее…

Сашка (мрачно). Никакой я западни не готовил, а только веревку кто-то привязал…

Явление VIII

Петька появляется и тянет за платье упирающуюся Марфу.

Петька. А вот всему причина… Она их подбивала землемера побить… Я сам слышал… А теперь в кусты пришла полюбоваться на свои дела.

Марфа (отбиваясь). И все-то враки… Никого я не подбивала… они сами…

Сашка. Ах ты, гадина… Насмешку мне теперь делать хочешь. Заманила, а теперь в кусты… Не иначе ты и веревку перевязала, чтоб меня подвести… Кулацкое отродье!..

Марфа. Напраслина все, ох, напраслина! (Ревет.)

Василий. Оно теперь все понятно. Давеча ко мне с лаской привязывалась, а потом брата подбила на дурость… А все дело в том, что тятеньку ее, Степан Егорову, с пустырем расставаться не охота. Вот он и мутит народ. Парней на драки научает. Им, кулакам-то, хулиганство завсегда на-руку.

Сашка. Дурак я был, слушал тебя… А ты, змея, ко всем подбиралась… Вижу я, свертела из меня как есть барана… Я-то думал: от сердца… любит.

Марфа (злобно). Да, очень ты мне нужен, шалыган разнесчастный, глазыньки бы мои на тебя не глядели!..

Василий. Что, брат, увидал теперь, какова она, кулацкая-то ласка. Будешь вперед под их указку безобразить?

Сашка (мрачно). Не… пропали они… Не буду я боле смутьянничать – хватит…

Землемер. А над этой бабой, да над безобразниками следовало бы вам всем селом общественный суд сделать. Чтобы видно было, как кулаки хулиганство поощряют, да на том свои дела обделывают.

Никитка, Еремка (вместе). Ой, не надо! Зазорно больно!

Петька. А людей бить ни за што, ни про что – не зазорно?.. Смутьянничать, да скотину портить – не зазорно?

Никитка, Еремка (вместе). Не будем мы боле, баста!..

Сашка. Да я, ежели они что, морды расшибу!

Василий. Морды расшибать – тоже хулиганство. А лучше ты расскажи на суде всю правду, как тебя Марфа сбивала на темное дело… Да больше не безобразь и парням закажи…

Землемер. Общественный суд все же нужен. Пусть перед всем селом обещают не дурить больше…

Никитка, Еремка (вместе). Обещаемся! Не будем!.. Ей-ей!..

Марфа (ревет). За что же меня позорите?.. Головушка моя разнесчастная!..

Василий. За дело, девушка. Намутила, да думала, – с рук сойдет. Не такое теперь время.

Марфа. Да я… господи… Ни боже мой!..

Петька (горячо). Врет, вруха! Я сам слышал, как ты к Василью подъезжала и Сашку ты подбила!

Василий. Ух, и хитрющая же баба! Яд! Обязательно про ее дела, да про Степан Егоровы штучки с пустошью мир оповестить надо. Пусть мир тогда и решит, что с безобразниками делать. Ведь за их дела нынче и высылка полагается.

Землемер. Ну, идем ребята. А то время позднее, завтра с утра ведь сход насчет переделу. (Уходят.)

Явление IX

Петька ждет, пока все уходят и говорит в публику.

Петька. А веревку-то на новое место я перевязал, и свистнул тоже я! (Хохочет.) Уж больно захотелось мне безобразников на их же аркан поймать! Смехота! Только Василью не говорите, а то он скажет, что комсомольцу это не годится. (Бежит.) А я решил, пусть сами друг дружку проучат – так оно понятнее им будет. Вот для чего мои хитрости!..

ЗАНАВЕС

Объявления